Форум

Интересные факты

Florimon: Здесь предлагаю выкладывать интересные факты, сведения или просто размышления на различные темы которые каким-либо боком касались Анжелики на протяжении всего романа

Ответов - 106, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

Анна: А по белорусски мара - мечта, или грёза. Да, вот мифологические мары Мара - в низшей мифологии народов Европы злой дух, воплощение ночного кошмара (отсюда франц. cauchemar, англ. nightmare - "кошмар"). Садится ночью на грудь спящего и вызывает удушье. Мара ассоциировались в средние века с инкубами (см. "Инкуб") и суккубами (см. "Суккуб"); считалось также, что кошмары насылали ведьмы или дьявол. Образ Мары имеет индоевропейские истоки (ср. славянскую мару, см. "Мара"). Мара (маруха, мора, кикимора (см. "Кикимора")) - в славянской мифологии злой дух, первоначально, как и Марена, воплощение смерти, мора. Позднее мара отчасти утратила связь со смертью, но сохранила (в польских сказках и др.) свой вредный для человека характер, способность к оборотничеству и т.п. Белорус. мара - название нечисти. Также Мара - имя чучела, которое сжигают на костре в ночь на Ивана Купалу (см. "Купала"). Поэтому Марью в купальских песнях-легендах можно считать дальнейшей трансформацией образа мары и мокоши (см. "Мокошь"). Марена (Марана, Морена, Маржана, Маржена) (М) Марена (Марана, Морена, Маржана, Маржена) - в славянской мифологии богиня, связанная (по первоначальному этимологическому сходству или по вторичному звуковому уподоблению) с воплощениями смерти (см. "Мара"), с сезонными ритуалами умирания и воскресения природы, а также с ритуалами вызывания дождя. В весенних обрядах западных славян Мареной называлось соломенное чучело - воплощение смерти (мора) и зимы, которое топили (разрывали, сжигали ср. также "Купала", "Кострома" и т.п.), что призвано было обеспечить урожай. В западнославянской мифологии известны сезонное божество Маржана, отождествляемое польским хронистом 15 в. Я. Длугошем с римской Церерой (см. "Церера"). Морана отождествлялась в глоссах из «Mater verborum» с Гекатой (см. "Геката") (ср. также чеш. Магена, словац. Morena, Muriena, Ma(r)muriena, укр. Марена - соломенное чучело, рус. былинная ведьма Маринка и др. персонажи с фонетически сходными именами). Словацкие формы с удвоением Ma(r)muriena делают возможным лингвистическое сопоставление с древнейшими италийскими формами Марса (см. "Марс"), первоначально имевшего аграрные функции.

Sourire: А в латышской мифологии Мара — богиня подземного мира и смерти.

La comtesse: Молоко с самого детства не люблю. Вывод-я все-таки не ведьма.

Эвелина: Вот еще о Маре. Более поздняя трактовка: олицетворяла тревожный, неспокойный сон. Представлялась страшным существом женского пола, ночным привидением, которое наседало на сонного челдовека, а когда он просыпался, то Мара моментально исчезала.

Оленька: А я передачу смотрела по Плащаницу и вот услышала знакомое имя. Плащаница вновь была явлена миру лишь в 1357 году, когда вдова графа Жоффруа де Шарни (Geoffroi de Charny, 1300–1356), погибшего в битве при Пуатье, выставила ее в шампанском городке Лирей (Lirey). Согласно документам, Шарни получил саван от короля Филиппа VI де Валуа (Philippe VI de Valois, 1293–1350) за доблесть. Но и здесь присутствует одно интересное обстоятельство. У де Шарни имелся почти полный тезка — граф Жоффрей де Шарней (Geoffrey de Charney, ум. 1314) — один из ближайших сподвижников де Моле, командор ордена в Нормандии, сожженный вместе с Великим магистром. Напрашивается вывод, что два эти персонажа находились в родстве. Некоторые историки прямо утверждают, что они были дядей и племянником. И тогда получается, что де Шарни на самом деле получил реликвию вовсе не от короля, а от тамплиеров. Существует и другая версия истории появления синдона в Европе, тоже связанная с родом Шарни. Согласно этой гипотезе, в первой половине XIII века плащаница находилась в Латинской Романии. Названное так государство возникло после разграбления крестоносцами Константинополя, на части византийской территории (восток Балканского полуострова и запад Малой Азии) и просуществовало до 1261 года. Обосновавшихся в этих землях и не вернувшихся на родину переселенцев называют франко-греками. Так вот, ряд историков предполагает, что убрус находился у франко-греческой семьи Шарпиньи из Мореи (современный Пелопоннес). Но как он к ним попал? Сторонники этой версии утверждают, что после разграбления Константинополя крестоносцами синдон попал к бургундскому рыцарю Оттону де ла Рошу (Othon de la Roche, ум. 1234), вероятно, руководившему нападением на Фаросскую церковь, где хранился убрус. В 1204 году Оттон был пожалован титулом герцога Афинского. Афинское герцогство было частью Латинской Романии и находилось в непосредственной близости от Мореи. Существуют косвенные свидетельства, что де ля Роши и Шарпиньи находились в родственной связи, так что плащаница вполне могла быть передана от одних к другим. В начале XIV века Шарпиньи породнились с Шарни: Агнесса де Шарпиньи вышла замуж за Дре де Шарни — старшего брата Жоффруа де Шарни. Значит, молодая жена вполне могла принести реликвию с собой.

Леди Искренность: Оказывается во французском есть разные варианты написания этого имени (Geoffroi, Geoffrey), а я и не знала.

Оленька: Короче я бегала, бегала по темам, не знаю куда выложить выкладываю сюда, если что Анна перенесите пожалуйста. Свадебные традиции во Франции В первой половине XX века во Франции существовали следующие формы брака: освященные в церкви; зарегистрированные в мэрии и не оформленные официально. Одним из важных завоеваний Великой французской буржуазной революции было учреждение гражданского брака как единственного имеющего законную силу. С тех пор все лица, венчающиеся в церкви, предварительно должны были зарегистрироваться в мэрии. В XIX веке Франция была крестьянской страной, а крестьянство, как известно, является наиболее косным выразителем культурных, в том числе свадебных, традиций. Рассматривая свадебные обычаи французских крестьян XIX века, следует учитывать, что поиски брачного партнера на селе были довольно сложным делом. Отцу-фермеру необходимо было учитывать личный выбор своего сына или дочери, а также не допустить раздробления своей собственности. Молодежь имела немало возможностей для встреч: праздники, сельхозработы, посиделки, ярмарки и т.д. Непосредственное влияние на выбор партнера оказывали союзы молодежи, которые осуждали неравные в социальном и возрастном отношении браки, контролировали нравы, выступали против чужаков на своей территории, регулировали ритуал ухаживания. Существовало два главных периода в году, когда проводилось активное ухаживание - карнавал и май. В мае во Франции не было принято играть свадьбы, так же как и у многих других европейских народов, но этот месяц был периодом коллективных ухаживаний. Во Франции инициатива сватовства исходила от мужчины. Перед сватовством обычно производилась разведка, "зондировалась почва". При уверенности в успехе переговоры вел посредник - отец, крестный отец или даже сверстник жених". Существовал богатый язык символов, который без слов давал ответ на вопрос. Символом соединения, брака служила совместная трапеза, состоявшая из определенных блюд, например, яблока, жареного петуха, блинов. Такой же смысл содержался в просьбе девушки разжечь огонь в очаге. Родители таким же иносказательным образом выражали свое отношение к претенденту на руку их дочери. Решив все вопросы, связанные со сватовством, приступали к обручению, или помолвке. Она могла совершаться устно или письменно, в форме брачного договора, заключаемого в присутствии нотариуса. Устное обещание подкреплялось обменом залогами между женихом и невестой. Залоги имели юридический смысл. После подтверждения в церкви обещания, обмена залогами в доме отца засватанной девушки устраивался пир. Было принято чокаться отцам обрученных, что означало сближение, объединение. Жених и невеста пили вино из одного сосуда. Соглашение о свадьбе закреплялось в брачном контракте, в котором указывалось приданое невесты и доля жениха. В приданое входило движимое и недвижимое имущество. Входящие в приданое личные вещи девушки назывались "брачная корзина" или "корзина невесты". После помолвки наступал новый этап в жизни жениха и невесты. Теперь девушка должна была выполнять определенные запреты: носить скромные туалеты и подарки жениха, ходить на танцы только в сопровождении будущего мужа, реже показываться на людях. Жених получал право "входа" в дом. Согласно французскому деревенскому этикету невесты, участвуя на посиделках, должны были вести себя тихо и сдержанно, молча находиться рядом с женихом. Одним из важных моментов подготовки к свадьбе было приглашение на свадьбу. Приглашение осуществляли сами молодые с подружкой и другом, иногда в сопровождении крестного отца и крестной матери. Незадолго до свадьбы жених устраивал "прощальный обед", который представлял собой мужскую пирушку. Невеста собирала на "прощальный обед" подруг. Или в день венчания, или накануне его перевозили приданое, которому перед этим устраивали публичный осмотр. При перевозке почетное место на повозке занимала украшенная лентами прялка и веретено - символы благополучия, изобилия и плодородия. Свадебный костюм жениха и невесты был многокрасочным и соответствовал традиционному праздничному наряду родной местности. Преобладали красный и белый цвета. В XIX веке стал преобладать черный цвет. В XX веке белое одеяние невесты доолнялось вуалью и венком из флердоранжа. В костюме невесты четыре предмета имели явно сексуальный характер: фартук, пояс, подвязки и туфли. Особое место занимал передник. Он был символом целомудрия. Пояс же традиционно считался символом свадебного обряда. Снять его мог только муж. Пара обуви означала единение, парность. Их всегда дарил невесте к свадьбе жених. Туфелька и подвязка невесты очень часто во время свадьбы становились объектом различных шутливых действий. Что касается головного убора невесты, то в разных местностях Франции бытовали их различные варианты, порой сильно отличающиеся по форме и цвету. Существовал сложный ритуал возложения венка на голову невесты. В основном это был венок из искусственных цветов. После свадьбы венок служил украшением комнаты. Наконец наступал день свадьбы. Обычно свадебное торжество проводили в первой половине или в середине дня. Вдовы венчались вечером или ночью. Также ночью, при свете факелов, устраивали брачные празднества аристократы. Утром жених со свитой, распевая песни и стреляя в воздух, являлся к дому невесты. От него прятали невесту, его не пускали в дом - все это он должен был преодолеть. Когда наконец жениха со свитой впускали в дом, он искал невесту, а ему выводили переодетых девушек. Если жених не узнавал среди них невесты, над ним смеялись и шутили. Что касается невесты, то она ни в коем случае не должна была показывать свою радость по поводу свадьбы. Она должна была плакать и сопротивляться увозу ее из дома. Много времени и терпения нужно было затратить, чтобы одеть невесту на свадьбу. Так как бытовало устойчивое поверье, что шить невесте подвенечное платье самой - дурное предзнаменование, то нанимали портних, которые и наряжали невест в день свадьбы. На невесту традиционно смотрели как на носительницу особой силы, которая способствовала плодородию и благополучию. К невесте старались прикоснуться, получить от нее какой-нибудь подарок, приглашение на свадьбу. Большой удачей считалось попасть в свиту невесты и тем более стать ее подружкой. Маршрут свадебного поезда в основном был следующим: дом невесты - мэрия - церковь - дом невесты. Из дома невесты, где устраивалось предварительное угощение, отправлялись на место проведения главного пира, затем в дом, где проводили первую брачную ночь. Это мог быть дом друзей или соседей. Утром новобрачные посещали дом родителей молодой жены, потом отправлялись к месту своего постоянного жительства. Во главе свадебного кортежа чаще всего шла невеста об руку со своим отцом, за ними жених со своей матерью. Из церкви молодые шли уже вместе. Свадебное шествие сопровождалось музыкой, колокольным звоном, выстрелами, криками, шумом. Впереди свадебного поезда несли дерево, называвшееся "дерево невесты" - символ процветания. Свадебную церемонию то и дело останавливали. Получив выкуп, жители убирали цепи, ленты, веревки, которыми перегораживалась дорога, и разрешали дальнейший путь. Лента, преграждавшая путь, имела символическое значение, и невеста опоясывалась ею вместо пояса. Чтобы подчеркивать свое "нежелание" свадьбы и брака, невеста по дороге в церковь должна была делать попытки убежать. Чем настойчивее и энергичней она это делала, тем большую славу добродетельной девушки приобретала. Во время венчания в церкви жених и невеста старались соблюдать многочисленные поверья: если муж, становясь на колени, наступал на передник, шлейф или вуаль жены - он будет главенствовать в семье; если жена сама продевает кольцо со второй на третью фалангу пальца - именно она будет хозяйкой в доме и т.д. В церкви осуществлялся традиционный обряд совместного принятия пищи. Освященные кусочки хлеба раздавали затем всем присутствующим. На пути из церкви окружение жениха и невесты устраивало всевозможные состязания - бег, скачки. Победитель получал приз новобрачной - подвязку. У входа в дом жениха молодую встречала свекровь, которая надевала на нее передник, вручала веник и другие хозяйственные предметы - символ приобщения к семейному очагу. Молодым подносили большой каравай, а они угощали им всех окружающих. Жених и невеста бросали на всех гостей зерно, кормили кур, совершали другие обрядовые действия, сопровождавшиеся веселыми шутками. Во время свадебного пира между новобрачными усаживались или родители, или крестные. Молодые не должны были приближаться друг к другу и тем более целоваться: поцелуи на французской свадьбе не допускались. Центральным моментом торжества являлся вынос подносов с огромными пирогами, куски которых раздавали всем присутствующим. Затем следовали танцы, открывала которые новобрачная. Во время свадебного пира устраивались всевозможные розыгрыши, забавы, постоянно слышались шутки самого грубого характера. Известно, что ритуальное сквернословие традиционно связано с магией плодородия. Как правило, самые веселые моменты торжества наступали тогда, когда удавалось похитить подвязку и туфлю новобрачной. Во время пира один из дружков подлезал под стол и пытался снять одну из подвязок невесты так, чтобы жених этого не заметил. Невеста не противилась его попытке, а, наоборот, была в заговоре с похитителем. Если попытка удавалась, то жених должен был откупиться вином. Хотя невеста обыкновенно и облегчала похитителю его работу, помещая подвязку как можно ниже, а порой неплотно и застегивая, этот обычай давал более смелым возможность позволить себе по отношению к невесте. Затем устраивался шутливый аукцион вещей. Все стремились завладеть кусочком какого-либо предмета из свадебного наряда невесты, для чего она пришивала к платью ленты, которые можно было резать на части. Пир заканчивался вручением подарков и денег. Снятие венка, развязывание пояса сопровождались обрядовыми песнями. Во время брачной ночи молодежь учиняла "кошачьи концерты", врывалась в спальню, всячески досаждала молодоженам. К XX веку вошло в традицию отправляться сразу после бракосочетания в свадебное путешествие и таким образом избежать выполнения различных послесвадебных обрядов.

Katrine: Оленька спасибо за интересную информацию Оказывается, французские традиции бракосочетания во многом схожи с украинскими (особенно период сватовства)

Анна: Оленька Спасибо за информацию, она здесь как раз в тему

Эвелина: Оленька Спасибо, очень интересно. Katrine пишет: Оказывается, французские традиции бракосочетания во многом схожи с украинскими (особенно период сватовства) Можно добавить и дерево невесты, и деление коровая, и свита невесты (у жениха тоже своя свита была), только своя интерпретация. Может, кто-нибудь подскажет, где можно почитать подробнее о свадебных обычаях во Франции в прошлом (монографии, статьи и т.п.)

Оленька: Эвелина пишет: Может, кто-нибудь подскажет, где можно почитать подробнее о свадебных обычаях во Франции в прошлом (монографии, статьи и т.п.) Я это и пыталась найти а по ссылкам нашла только это.

Zoreana: Оленька Спасибо. А были особенности разных провинций. Анж столкнулась с обычаем в Тулузе .

Gal_gu: Позвольте добавить о Маре. Все-таки языки вещь интересная. Слово "мара" в арамайском это уважительное обращение к женщине, означает госпажа, соответствует русскому "сударыня". Где-то уже в начале нашей эры стало использоваться, как имя в греческом.

Эвелина: Zoreana пишет: А были особенности разных провинций. Анж столкнулась с обычаем в Тулузе . В детстве она столкнулась с деревенской свадьбой в родной провинции. А в Тулузе "участвовала" в аристократической свадьбе. Это все-таки разные вещи, насколько я понимаю, хотя общее у них тоже что-то есть, судя по выложенной информации (те же "кошачьи концерты"). А региональные отличия всегда были и остаются. Оленька пишет: Я это и пыталась найти а по ссылкам нашла только это. У меня та же петрушка. Можно найти по имени этнографа, только ни одного, который занимался этим вопросом, не знаю.

Эвелина: Тут уже выкладывали материал о тулузских графах (правда, не помню, в какой теме). Нашла еще немного. Список графов Тулузских Первые графы (comites) Тулузы известны ещё с Меровингских времён. Они назначались королями Франков и управляли городом и его окрестностями. До нас дошли упоминания только о некоторых из них и то, чрезвычайно скудные. О графах (иногда называемых герцогами) Тулузы периода правления Каролингов мы знаем чуть больше. Очень скоро графам Тулузы удалось добиться почти полной независимости[1] и превратить должность графа в наследственный титул, который закрепился в семье графов Руэрга. Наследные графы Тулузские правили городом Тулузой и графством, включавшим окрестности города, с конца IX века до 1271 года. Графы Тулузские и другие члены этой фамилии владели также в разное время графствами Керси, Руэрг, Альби и Ним, а также были марграфами Готии и Прованса. Кроме того, Раймунд IV основал государство Триполи в Святой Земле, которое перешло к его потомкам Каролингские графы 778—787 : Корсон 790—806 : Гильом Желонский (ум. 812) ж1 — Кунегонда, ж2 — Гибурж. 806—816 : Бего (ум. 816), сын Жерара I, граф Парижский (см. Жерардиды) супруга — Альпаис, дочь Людовика Благочестивого. 816—835 : Беренгер I Мудрый (ум.835), маркиз Септимании с 832 835—842 : Бернар Септиманский (ум. 844), герцог Септимании, граф Отена и Тулузы, сын Гильома Желонского супруга — Дуода. 842—843 : Акфред (ум. после 843) Наследные графы 849—851 : Фределон (ум. 851), сын Фулькоальда, графа де Руэрг и Сенегонды. 852—863 : Раймунд I (ум. 865), брат предыдущего супруга — Берта. 863—863: Онфруа (Гумфред) (ум. ок. 863), граф Бона, Отёна, Шалона, Макона, маркиз Бургундии и Готии 863—865 : Раймунд I (вторично) 865—872 : Бернар (ум. 872), сын Раймунда I 872—886 : Бернар Плантвелю (841—886), маркграф Аквитании, граф Отёна, граф Роде, граф Ормуа, граф Оверни, граф Тулузы, граф Буржа, маркиз Готии, граф Макона, граф Лиона 886—918 : Эд (ум. 918), сын Раймунда I супруга — Гарсинда д'Альби 918—924 : Раймунд II Тулузский (ум. 924), сын предыдущего 924—942 : Раймунд III Понс († 942), сын предыдущего супруга — (Гарсинда)[2], вероятно, дочь Гарсии II Санчеса, герцога Гаскони). Примечание: В данном списке даются два графа, которые не фигурируют в традиционной родословной графов Тулузских, составленной Бенедиктинцами и приводимой в «Histoire Générale du Languedoc». Недавние исследования показали, что в промежутке между Раймундом III Понсом и Гильомом III (который согласно традиционной версии правил около 80 лет) правили ещё два графа по имени Раймунд. Внесение их в список искажает принятую нумерацию, поэтому в скобках уточняется их правильный номер. 942—961 : Раймунд (IV) (ум. 961), сын Раймунда III Понса супруга — Эмильда. 961—978 : Раймунд (V), сын предыдущего супруга — Аделаида Анжуйская. 978—1037 : Гильом III Тайлефер (952—1037), сын предыдущего супруга — Эмма Прованская. 1037—1060 : Понс († 1060), сын предыдущего супруга — Альмодис де Ла Марш 1060—1092 : Гильом IV (ок.1040-1092), сын предыдущего супруга — Эмма де Мортен. 1088—1105 : Раймунд IV (VI), также известен как Раймунд де Сен-Жиль (ум. 1105), маркиз Прованса, граф Триполи, брат предыдущего ж1- (с ок. 1065) дочь Бертрана Тулузского, маркиза Прованса ж2- (с 1080) Матильда де Готвиль (1062—1094) ж3- (с 1094) Эльвира Кастильская. 1105—1109 : Бертран (ум. 1112), граф Тулузы и Триполи, сын от 1-й жены Раймунда IV (VI). В 1109 году отправился в Святую Землю, оставив вместо себя графом Альфонса Журдена супруга — (с 1095) Аликс Бургундская (1085—1142). 1109—1110 : Альфонс Иордан (1103—1148), граф Тулузы и маркиз Прованса, сын от 3-й жены Раймунда IV (VI) 1110—1120 : Гильом IX (1076—1126), герцог Аквитании и граф де Пуатье супруга — Филиппа (1070—1117), дочь Гильома IV, граф Тулузского. В период малолетства Альфонса Журдена он захватил земли последнего, но после десятилетней войны вынужден был от них отказаться. 1120—1148 : Альфонс Иордан (Журден) (1103—1148), граф Тулузы и маркиз Прованса, сын от 3-й жены Раймунда IV (VI) супруга — (с 1125) Файдида д'Юзес 1148—1194 : Раймунд V (VII) (ум. 1194), сын предыдущего супруга — (с 1154) Констанция Капетинг, дочь короля Людовика VI и Аделаиды Савойской 1194—1222 : Раймунд VI (VIII) (ум. 1222), сын предыдущего ж1- (с 1173) Эрмессинда де Пеле (ум. 1176) ж2- (с 1178) Беатриса де Безье, разведены в 1193 ж3- (с 1193) Бургонь де Лузиньян, разведены в 1196 ж4- (с 1196) Иоанна Английская (1165—1199), принцесса Английская, дочь Генриха II и Элеоноры Аквитанской ж5- (с 1202) Элеонора Арагонская (1182—1226 1215—1218 : Симон IV де Монфор, 5-й граф Лестер, виконт Безье и Каркассона граф Тулузский по праву завоевания 1222—1249 : Раймунд VII (IX), (ум. 1249), сын Раймунда VI (VIII) от 4-й жены ж1- Санча Арагонская (1186—1242) ж2- Маргарита де Лузиньян 1249—1271 : Жанна Тулузская († 1271), дочь Раймунда VII (IX) и Санчи Арагонской супруга — (с 1241) Альфонс де Пуатье (1220—1271), граф Тулузы, граф де Пуату, брат короля Людовик IX Святого С их смертью графство Тулузское отошло к французской короне. Ненаследный граф В 1681 году графство Тулузское было восстановлено как королевский апанаж. 1681—1737 : Луи-Александр де Бурбон (1678—1737), граф Тулузский, внебрачный сын Людовика XIV и Мадам де Монтеспан



полная версия страницы