Форум » Творчество читателей » Волею судьбы 8 » Ответить

Волею судьбы 8

Violeta: Эпиграф: Люди и сами отлично умеют творить зло, без какого бы то ни было вмешательства дьявола. Джоанн Харрис "Персики для месье кюре". Глава 1. Франсуаза. [more]Франсуаза расположилась на низеньком пуфике перед туалетным столиком, с нетерпением ожидая, пока Марго закончит колдовать над ее прической. Молодая женщина то барабанила пальцами по мраморной столешнице, то вдруг начинала перебирать украшения в тяжелом резном ларце, нервно надевая на тонкие пальцы изящные кольца и тут же снимая их, прикладывала к мочкам ушей изумительной работы серьги, а к белоснежной груди - роскошные колье. Было видно, что ее совсем не интересует то, что она видит в зеркале, скорее, она желала отвлечься от тягостных мыслей, владеющих ею. Наконец, раздраженно захлопнув крышку ларца, Франсуаза произнесла: - Марго, мессир граф у себя? - Нет, мадам, его милость изволили отбыть еще рано утром, - голос горничной звучал ровно, но графине послышалась в нем легкая издевка. - Он просил что-то передать мне? - женщина изо всех сил сжала подвернувшийся ей под руку черепаховый гребень, борясь с желанием запустить им в гладкую поверхность зеркала, в отражении которого она видела невозмутимое лицо Марго. О, как она ненавидела эту деревенщину, которую муж приставил к ней, словно соглядатая. - Нет, госпожа графиня, - "как и всегда", словно издеваясь, крутилось в голове у Франсуазы окончание этой фразы. - Ты закончила? - она аккуратно отложила гребень в сторону. Только бы суметь сдержаться, только бы не закричать и не отхлестать эту дуреху по щекам... - Да, ваше сиятельство, - Марго отступила на шаг назад и застыла, сложив перед собой руки. На ее лице невозможно было прочесть никаких эмоций, она молча стояла, ожидая дальнейших распоряжений. - Позови девушек, пусть они помогут мне одеться. А ты можешь быть свободна. - Как будет угодно госпоже, - горничная слегка склонила голову и скрылась за дверью. - Дрянь, - прошипела ей вслед Франсуаза. - Вот бы ты грохнулась с лестницы и сломала себе шею, чертова гугенотка. В комнату, словно дуновение легкого ветерка, впорхнули две хорошенькие девушки-камеристки, которых молодая графиня наняла сразу же по приезду в Париж. - Ваше сиятельство, вы сегодня ослепительны! - прощебетала одна, а другая восхищенно прижала руки к груди. Франсуаза милостиво им улыбнулась. Приятное разнообразие после постного лица Марго. На кровати лежало приготовленное горничной платье. Темно-зеленое, из тяжелого узорчатого бархата, с пеной белоснежных кружев на рукавах и вышитым золотом и драгоценными камнями корсажем. По подолу тоже шла вышивка, к которой добавлялись маленькие жемчужинки, создающие изящный рисунок и придающие наряду некую воздушность. Платье было восхитительным, но совсем не нравилось Франсуазе. Муж в который раз проявил свое пренебрежение к ней, заказав гардероб, совершенно не согласуясь с ее желаниями. Вместе с тем, молодая женщина не могла упрекнуть супруга в отсутствии вкуса - она знала, что будет выглядеть в этом наряде обворожительно. Франсуазу захлестнуло раздражение: как же изысканно Жоффрей дал ей понять, сколь мало для него значит ее мнение, и что доставить ей удовольствие не входило в его планы, а скорее наоборот, в его поступке сквозило откровенное неуважение к ней. Когда же это произошло? Отчего так вышло, что теперь они с мужем стали чужими людьми, словно не было того счастливого времени, когда Франсуаза была для него королевой, Прекрасной дамой, когда он предугадывал каждое ее желание, исполнял любой каприз, убеждая ее в своем неизменном восхищении? Пока девушки осторожно надевали на нее роскошное платье, Франсуаза вспоминала тот вечер, когда узнала, что Жоффрей собирается уехать в столицу. Это случилось вскоре после визита его величества Людовика в Тулузу, во время которого молодой король гостил в Отеле весёлой науки и оказывал юной графине весьма красноречивые знаки внимания, восхищаясь ее красотой и выражая настойчивое желание поскорее увидеть их с мужем при дворе. Франсуаза была так счастлива, купаясь в лучах мужского внимания и бесконечного потока комплиментов, что не сразу заметила изменения в поведении супруга, который вдруг стал с ней холодно-вежлив и отстранён. Молодая женщина знала, что ревность не могла быть тому причиной, поскольку внимание к ее персоне со стороны многочисленных кавалеров всегда льстило графу, который с удовольствием отмечал полные неподдельного восхищения взгляды, обращённые на его жену. Поэтому Франсуаза решила, что все дело в увлечении мужем занятиями наукой. Жоффрей стал подолгу уединяться в своей лаборатории, все чаще оставаясь там до самого утра и напрочь забывая о прелестях юной супруги. Но это не сильно волновало ее до того момента, пока по Тулузе пожаром не пронеслась весть о его скором отъезде. Франсуаза тогда вбежала в его кабинет, сверкая глазами, и быстро заговорила: - Почему вы не сказали мне, что уезжаете? Граф холодно посмотрел на нее. По его губам скользнула саркастическая улыбка, которую она так ненавидела, и, лениво цедя слова, проговорил: - С каких пор, госпожа графиня, я должен ставить вас в известность о своих планах? Франсуаза задохнулась от возмущения. - Позвольте, сударь... Но граф, словно сочтя разговор законченным, направился к выходу из комнаты. Она схватила его за руку и заставила взглянуть себе в глаза. - Что происходит? Скажите же, Жоффрей, что между нами происходит? - Франсуаза, гордая до безумия, впервые говорила с просительной интонацией, ища в его темных глазах ответ на терзающий ее уже несколько недель вопрос. Он мучительно долго молчал, потом склонился к лицу жены, словно хотел ее поцеловать, и сказал: - Между нами? Между нами решительно ничего не происходит, мадам, - и, убрав ее руку с рукава своего камзола, ушел. Франсуаза долго стояла посреди комнаты, не в силах двинуться с места. В ее голове колоколом отдавались его последние слова: "между нами... ничего... не происходит... ничего...", и ей вдруг отчаянно захотелось убежать из этого роскошного дворца, от этого ставшего вдруг чужим мужчины, далеко-далеко, навсегда. В кабинет заглянула Марго и сдержанно проговорила: - Госпожа графиня, мессир граф велел передать вам, что завтра он уезжает в Париж, и вы будете сопровождать его. Прикажете собирать вещи? - Да, - Франсуаза обернулась к ней. Ее глаза лихорадочно заблестели. - Да, Марго, и немедленно! - она победно улыбнулась. Еще не все потеряно: Жоффрей берет ее с собой, он хочет, чтобы она была рядом с ним! А его внезапно изменившееся отношение к ней - это только плод ее разгоряченной фантазии. И вот теперь, стоя посреди комнаты в новом отеле, построенном, как еще недавно говорил муж, специально для нее, Франсуаза чувствовала, что потерпела сокрушительное поражение... Она непроизвольным жестом поднесла руку к груди, словно заново переживая то отчаяние, тот гнев, что испытала накануне. Мадам Скаррон, с оттенком легкой жалости поглядывая на подругу, поведала Франсуазе, что ее муж в открытую изменяет ей с женой герцога де Мерекура, и об этом судачит весь Париж, смакуя самые невероятные пикантные подробности. Она полночи прождала Жоффрея, чтобы объясниться с ним, но он так и не появился. Только под утро, когда ее сморил сон, муж буквально на несколько минут заехал в отель, чтобы переодеться, и снова отбыл. Теперь у Франсуазы словно открылись глаза: охлаждение, которое началось еще несколько месяцев назад в Тулузе, перешло в откровенное пренебрежение здесь, в Париже. С головой окунувшись в столичную жизнь, молодая графиня и сама первое время едва вспоминала о муже: приемы, балы, салоны, театры. В отсутствие вечно занятого супруга, все эти месяцы она предавалась радостям светской жизни, не замечая, как с каждым днем они все больше отдаляются друг от друга. В последнее время граф не ставил жену в известность о своих отлучках, не сопровождал ее на приемы, не интересовался, как она проводит свободное время. А разве она была против? Разве требовала его компании, искала его общества? Новость об измене мужа, ставшая достоянием парижского высшего света, прогремела, как гром среди ясного неба, выбив у Франсуазы почву из под ног. Таким возмутительным образом Жоффрей демонстрировал супруге свое равнодушие и презрение, ясно давая понять, что между ними все кончено. Может быть, ей стоило остаться в Тулузе? "И похоронить там себя за вышиванием?" - одернула саму себя Франсуаза. Перед ее глазами вдруг встало худое и бледное лицо Дианы де Грансень, изможденной долгими молитвами и пьяными выходками гуляки-мужа. Мать Франсуазы была благочестивой и верующей женщиной, которой приходилось мириться с разгульным образом жизни супруга, не стремящегося скрывать свои похождения. Благодаря слугам, одна из таких историй стала известна широкому кругу знакомых и со временем обрела ошеломительную популярность в модных салонах*. Неужели и ее ждет такая же участь: слышать о выходках неверного мужа и закрывать на них глаза? Ну нет! Она приехала в Париж блистать, и так оно и будет. Ничто не заставит ее уехать, пусть даже у Жоффрея в любовницах перебывают все потаскухи столицы! Но все же гордость молодой женщины была уязвлена. Франсуаза поклялась себе, что не будет, подобно своей матери, терпеть измены супруга. Она заставит Жоффрея уважать себя. И рано или поздно он поймет, как неосмотрительно с его стороны было так пренебрегать собственной женой и ранить ее чувства. Она из Мортемаров, а они не прощают обид и жестоко мстят своим обидчикам! Закончив утренний туалет, Франсуаза позвала Марго: - Вели заложить карету - я хочу навестить сестру, - не терпящим возражения голосом распорядилась она. - И еще, сегодня я не буду ужинать дома. Можешь так и передать господину графу. _____________ *Однажды ночью Габриель де Рошешуар, маркиз де Мортемар вернулся домой очень поздно, а его жена, как обычно ожидавшая его, в очередной раз не смогла удержаться от нравоучений и спросила: - Откуда вы явились? Вы так и будете проводить свою жизнь в компании с чертями? На что господин де Мортемар ответил: - Я не знаю, откуда я пришел, но я знаю, что мои черти в лучшем настроении, чем ваш ангел-хранитель. [/more]

Ответов - 223, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 All

адриатика: Florimon пишет: Как по мне, то девочка выросшая в западной цивилизации должна быть куда приспособленнее к жизни. Хотя не спорю, Антонелли справилась с ролью: и красивая, и танцует хорошо и играла нормально. Но вот эти бесконечные сюжетные повторы, когда она хочет сбежать к Лукасу, а в последний момент что-то не получается Елки, ну такой примитивизм. И у самой героини мысли, что в двадцать, что в сорок лет одинаковые. Ну надо же как-то меняться. А ларой только Назиру называли. Всех остальных вообще никак. Вот мужиков правильно называли - сид Саид, сид Абдул... А женщина должна быть саидати. И то, это только замужняя и уважаемая женщина. В переводе это означает "уважаемая госпожа". Есть еще термин "саида" - это просто госпожа Согласна, 250 серий это много, но там и Жади во второй половине уходит на второй план. А ее поведения, цикличность ее порывов и отступлений мне как раз очень жизненными показались. Многие люди так живут, я лично таких знаю. Жади всю жизнь прожила диванной кошкой, она не решилась уйти в 20, потому что страшно было: семья отвергнет, будут ее проклинать, Лукас бросит, тем более что ей внушали, что все западные мужчины не заслуживают доверия. она человек сомневающийся. Она то ищет в Лукасе своего принца, но потом каждый раз ждет от него подвоха. Не пришел вовремя, не слелал какую-нибудь глупость о которой она просит (украсть Хадижу например!). значит он мерзавец, слабак, да она больше никогда шагу к нему не ступит, а потом посидит, сама найдет для него оправдания и по новой. Я очень много таких женщин знаю. К тому же ее советчицы, ее не понимают, одергивают, уговаривают вернуться к Саиду, расхваливая его на все лады. В Клоне мне еще понравилась линия Мел - тоже очень жизненная. Лобату интересно о пристрастии к наркотикам и алкоголю рассказывал. К сожалению, оценить эту линию и эти откровения может только человек, сталкивающийся с этим, знающий не понаслышке об ужасах наркотической зависимости. Хотя бы человек, перед чьими глазами когда либо разворачивались подобные драмы, а молодежь не оценит:( Florimon пишет: А ларой только Назиру называли. Ларой называли и Ранию и Жади в доме Саида. Violeta пишет: У меня подруга смотрела, так что визуально героев я помню, а вот сюжет - нет. Еще в то время шла Бедная Настя, но ее я тоже не смотрела. У меня на русские сериалы отчего-то аллергия:( Не знаю, почему так. List пишет: Нууу.. эти имена уже были, я ж за оригинальность)))) Я вычитала, что Гастон означает - рожденный в Гасконии, но мне все равно не нравится. Violeta, может, назвать его Гедеон-Господин? Кстати, а что Симон де... Пейрак отклика не нашел? В имени должна быть буква "р", оно должно быть твердым. Ну мне так кажется. А вот у родственников Фила обязательно "ль" "ли")) А вот женские имена его близких и важных людей, должны начинаться на А List пишет: Адриатика, а какое у Пейрака было детство? )) Ох, я думаю в страже этому уделить внимание. Я представляла брата этаким позером, любителем девок, выпивки и дуэлей. Ну и он должен военную карьеру делать. Отцу предсказали, что он умрет от яда..а вот кстати есть что-то об отце, кроме того что был отравлен? Я его представляю, жестоким, обнищавшим самодуром. Брата звали Раймонд. я думаю написать о детстве в рамках истории Пейрака.

Florimon: адриатика, да, сериал очень затянули. Сама идея по себе интересная: о том насколько мы зависимы от общества в котором воспитываемся и растем и она прекрасно продемонстрирована через героинь Жади и Латифы и соответственно их дочерей. Если бы сериал так не растянули и не размазывали все эти бесконечные сопли, то он был бы намного интереснее.

Violeta: адриатика пишет: я думаю написать о детстве в рамках истории Пейрака. О, классно! С удовольствием почитаю! Я в Юности коснулась этой темы, но буквально в одной вводной главе. А детективная история в Квебеке и вовсе фантастическая вышла И да, у меня брата Жоффрея звали Роже адриатика пишет: У меня на русские сериалы отчего-то аллергия:( Не знаю, почему так. Аналогично. Хотя я вообще мыльные страсти не люблю - хоть наши, хоть заграничные. List пишет: Violeta, может, назвать его Гедеон-Господин? Кстати, а что Симон де... Пейрак отклика не нашел? Мы еще пока не определились, беременна ли мадам, а тут уже имена детишкам... Рановато! Симоном назвать не получится - на Юге, как я помню из романа, имена детям дает отец.

Светлячок: адриатика пишет: Я представляла брата этаким позером, любителем девок, выпивки и дуэлей. И младшенький от него недалёко ушёл, что за семейка?

Bella: адриатика пишет: Я представляла брата этаким позером, любителем девок, выпивки и дуэлей. Светлячок пишет: И младшенький от него недалёко ушёл, что за семейка? не, ушел далеко... он же еще путешествовать любит, жвачки фиалковые, пастилки ядовитые научился переваривать, стихи выучил, архитектуру, физику, химию, математику защитил, золото научился делать, ...

Светлячок: Bella пишет: не, ушел далеко... он же еще путешествовать любит, жвачки фиалковые, пастилки ядовитые научился переваривать, стихи выучил, архитектуру, физику, химию, математику защитил, золото научился делать, Так это ж все, чтобы девок кадрить

Bella: Светлячок пишет: младшенький от него недалёко ушёл главное сходство между братьями: оба преждевременно довыпендривались! одному, правда, жизнь предоставила второй шанс

МА: Bella пишет главное сходство между братьями: оба преждевременно довыпендривались! одному, правда, жизнь предоставила второй шанс

Florimon: А мне почему-то видится, что старший насмехался над Жо за его увечия. Кстати у меня была идея написать фанф о том, как Жо научился ходить

Violeta: У Кати вроде такой фанф был: http://angeliquemarquise.forum24.ru/?1-11-0-00000093-000-15-0. Там первая часть в шапке, а вторая - в комментариях. Florimon пишет: Кстати у меня была идея написать фанф о том, как Жо научился ходить Светлячок пишет: Так это ж все, чтобы девок кадрить Bella пишет: главное сходство между братьями: оба преждевременно довыпендривались! одному, правда, жизнь предоставила второй шанс Все зло от баб

Арабелла: О, прода... ))) Таки дружбе между дамами не бывать... А про Франсуазу просто поговорка - "не делай добра, не будет большого зла"... Ну и у Анж сложился образ что "муж и жена один сами-знаете-кто" )) СтОят друг дружку. Значит, сестренки костюмами поменялись ))) Интересно )) Теперь как бы с Ортанс ничего не вышло. Но наверное Фил, пообщавшись с дамой счел ту совершенно безопасной ))) Та же была спокойна, как удав... Это Анж бы занервничала, а той-то с чего бы? Или сестренку все же придется спасать? Ортанс мне нравится все больше и больше ))))

Violeta: Арабелла пишет: Таки дружбе между дамами не бывать... А про Франсуазу просто поговорка - "не делай добра, не будет большого зла"... Ну и у Анж сложился образ что "муж и жена один сами-знаете-кто" )) СтОят друг дружку. Две аццкие сотоны Арабелла пишет: Значит, сестренки костюмами поменялись ))) Интересно )) Теперь как бы с Ортанс ничего не вышло. Но наверное Фил, пообщавшись с дамой счел ту совершенно безопасной ))) Та же была спокойна, как удав... Это Анж бы занервничала, а той-то с чего бы? Или сестренку все же придется спасать? Теперь мы об этом узнаем еще не скоро Арабелла пишет: Ортанс мне нравится все больше и больше Спасибо, мне тоже она симпатична. Я вообще всех своих героинь люблю, каждую пытаюсь наделить не только недостатками, но и достоинствами.

Florimon: Violeta , спасибо за продолжение, но честно говоря у меня глава вызвала двойственные ощущения. Написано все великолепно, впрочем как и всегда - и диалоги, и описания. И даже Анж стала дерзить сестре. Но вот в сюжетном плане мы особо и не продвинулись вперёд. Глава повторяет все то, что мы итак уже знаем из предыдущей части и даже останавливается практически на том же месте. И мне показались странными умозаключения Анж после услышанных фраз мужа (как я поняла) Карменситы. Она же не знает почему тот дал отставку испанке. Поэтому ее вывод о том, что он меняет любовниц как перчатки и что саму Анж ждёт такая же судьба достаточно странный. Вот после слов Атенаис о беременности подобные размышления гораздо уместнее. И как Атенаис поняла, что перед ней Анж? И чего вдруг так окрысилась на нее? Она вроде повода не давала для таких умозаключений

Арабелла: Florimon пишет: И как Атенаис поняла, что перед ней Анж? И чего вдруг так окрысилась на нее? Она вроде повода не давала для таких умозаключений Ну так на платке была буква "А", светлые волосы, подол платья был украшен бриллиантами... Очевидно, платье Анж на приеме в Ботрейи привлекло и внимание Франсуазы. Вот по видимости, она и сделала свои выводы. А потом догадка подтвердилась. А чего окрысилась? Так сам Жофа дал ей повод, и не один. Florimon пишет: И мне показались странными умозаключения Анж после услышанных фраз мужа (как я поняла) Карменситы. Она же не знает почему тот дал отставку испанке. А мне кажется, что все логично... А об отставке испанки Анж ничего не знает, муж Карменситы об этом не упоминал. Из его речи следует только то, что Карменсита за ним бегает, нарываясь на скандал, и вокруг нее и Жофы ходят сплетни по всему Парижу. Далее, поведение самого Жофы, флиртующего с женой Фуке (он ведь с ней танцевал?), а затем его танец с Франсуазой... Да еще все невнятные слухи, что она слышала в Монтелу. Она видит, что отсутствием дамского внимания Жо отнюдь не обделен, и дамы все весьма красивы, что испанка, что Франсуаза, да и жена Фуке (хоть Атенаис и презрительно фыркала на ее счет). Вполне достаточно, чтобы Анж сделала определенные выводы. Так что девушка вполне трезво оценивает ситуацию, если это можно так назвать.

Violeta: Арабелла Спасибо, все так. Насчет платья Анж - на нем были приметные бриллиантовые аграфы, они довольно крупные обычно и очень ярко выделяются на белом платье. Атенаис не могла их не запомнить, поскольку была помешана на драгоценностях. Как, впрочем, и почти все при дворе. Ну и сложила два и два - белое платье, аграфы, платок с буквой "А", светлые волосы, голос похожий... А потом заглянула в глаза и поняла, кто перед ней. Выглядели примерно так: А после разговора с мужем в Консьержери было бы странно быть с Анж любезной. На Пейрака Анж обиделась и сделала далекоидущие выводы после наблюдений за ним: сначала она отмахнулась от своей ревности к мадам Фуке, да она и не знала, кто это, потом, когда шла к нему, увидела, что граф приглашает ту на танец и о чем-то с ней шепчется, услышала слова мужа Кармен, которые сначала приняла на свой счет, а потом - на закуску - увидела, как Жофа, до этого равнодушный к жене, вдруг танцует с Атенаис. Вот какой вывод она должна сделать? Что он просто галантный и не более? Любой бы крышу от ревности снесло, особенно после того, что он ей в Сен-Ландри наобещал... Можно сказать, тут надежда, что он ждет ее, желание ему наконец-то открыться и крутой облом... Florimon пишет: Но вот в сюжетном плане мы особо и не продвинулись вперёд. Глава повторяет все то, что мы итак уже знаем из предыдущей части и даже останавливается практически на том же месте. Так это почти во всех главах так - разные точки зрения героев на события, случившееся с ними. Так было и на обеде в Ботрейи, и на приеме, и в Тюильри, и в Консьержери, и т.д. Анж, поскольку она на маскараде считай инкогнито, заняла роль наблюдателя. А за кем ей интересно понаблюдать? Естественно, за Жоффреем. Ну и за сестрой присмотреть, а то вдруг что... В следующей главе тоже будут абзацы о приеме с точки зрения Пейрака - а как без них? Florimon пишет: Violeta , спасибо за продолжение, но честно говоря у меня глава вызвала двойственные ощущения. Написано все великолепно, впрочем как и всегда - и диалоги, и описания. И даже Анж стала дерзить сестре. Муррси



полная версия страницы