Форум » Творчество читателей » Волею судьбы 7 » Ответить

Волею судьбы 7

Violeta: Эпиграф: Люди и сами отлично умеют творить зло, без какого бы то ни было вмешательства дьявола. Джоанн Харрис "Персики для месье кюре". Глава 1. Франсуаза. [more]Франсуаза расположилась на низеньком пуфике перед туалетным столиком, с нетерпением ожидая, пока Марго закончит колдовать над ее прической. Молодая женщина то барабанила пальцами по мраморной столешнице, то вдруг начинала перебирать украшения в тяжелом резном ларце, нервно надевая на тонкие пальцы изящные кольца и тут же снимая их, прикладывала к мочкам ушей изумительной работы серьги, а к белоснежной груди - роскошные колье. Было видно, что ее совсем не интересует то, что она видит в зеркале, скорее, она желала отвлечься от тягостных мыслей, владеющих ею. Наконец, раздраженно захлопнув крышку ларца, Франсуаза произнесла: - Марго, мессир граф у себя? - Нет, мадам, его милость изволили отбыть еще рано утром, - голос горничной звучал ровно, но графине послышалась в нем легкая издевка. - Он просил что-то передать мне? - женщина изо всех сил сжала подвернувшийся ей под руку черепаховый гребень, борясь с желанием запустить им в гладкую поверхность зеркала, в отражении которого она видела невозмутимое лицо Марго. О, как она ненавидела эту деревенщину, которую муж приставил к ней, словно соглядатая. - Нет, госпожа графиня, - "как и всегда", словно издеваясь, крутилось в голове у Франсуазы окончание этой фразы. - Ты закончила? - она аккуратно отложила гребень в сторону. Только бы суметь сдержаться, только бы не закричать и не отхлестать эту дуреху по щекам... - Да, ваше сиятельство, - Марго отступила на шаг назад и застыла, сложив перед собой руки. На ее лице невозможно было прочесть никаких эмоций, она молча стояла, ожидая дальнейших распоряжений. - Позови девушек, пусть они помогут мне одеться. А ты можешь быть свободна. - Как будет угодно госпоже, - горничная слегка склонила голову и скрылась за дверью. - Дрянь, - прошипела ей вслед Франсуаза. - Вот бы ты грохнулась с лестницы и сломала себе шею, чертова гугенотка. В комнату, словно дуновение легкого ветерка, впорхнули две хорошенькие девушки-камеристки, которых молодая графиня наняла сразу же по приезду в Париж. - Ваше сиятельство, вы сегодня ослепительны! - прощебетала одна, а другая восхищенно прижала руки к груди. Франсуаза милостиво им улыбнулась. Приятное разнообразие после постного лица Марго. На кровати лежало приготовленное горничной платье. Темно-зеленое, из тяжелого узорчатого бархата, с пеной белоснежных кружев на рукавах и вышитым золотом и драгоценными камнями корсажем. По подолу тоже шла вышивка, к которой добавлялись маленькие жемчужинки, создающие изящный рисунок и придающие наряду некую воздушность. Платье было восхитительным, но совсем не нравилось Франсуазе. Муж в который раз проявил свое пренебрежение к ней, заказав гардероб, совершенно не согласуясь с ее желаниями. Вместе с тем, молодая женщина не могла упрекнуть супруга в отсутствии вкуса - она знала, что будет выглядеть в этом наряде обворожительно. Франсуазу захлестнуло раздражение: как же изысканно Жоффрей дал ей понять, сколь мало для него значит ее мнение, и что доставить ей удовольствие не входило в его планы, а скорее наоборот, в его поступке сквозило откровенное неуважение к ней. Когда же это произошло? Отчего так вышло, что теперь они с мужем стали чужими людьми, словно не было того счастливого времени, когда Франсуаза была для него королевой, Прекрасной дамой, когда он предугадывал каждое ее желание, исполнял любой каприз, убеждая ее в своем неизменном восхищении? Пока девушки осторожно надевали на нее роскошное платье, Франсуаза вспоминала тот вечер, когда узнала, что Жоффрей собирается уехать в столицу. Это случилось вскоре после визита его величества Людовика в Тулузу, во время которого молодой король гостил в Отеле весёлой науки и оказывал юной графине весьма красноречивые знаки внимания, восхищаясь ее красотой и выражая настойчивое желание поскорее увидеть их с мужем при дворе. Франсуаза была так счастлива, купаясь в лучах мужского внимания и бесконечного потока комплиментов, что не сразу заметила изменения в поведении супруга, который вдруг стал с ней холодно-вежлив и отстранён. Молодая женщина знала, что ревность не могла быть тому причиной, поскольку внимание к ее персоне со стороны многочисленных кавалеров всегда льстило графу, который с удовольствием отмечал полные неподдельного восхищения взгляды, обращённые на его жену. Поэтому Франсуаза решила, что все дело в увлечении мужем занятиями наукой. Жоффрей стал подолгу уединяться в своей лаборатории, все чаще оставаясь там до самого утра и напрочь забывая о прелестях юной супруги. Но это не сильно волновало ее до того момента, пока по Тулузе пожаром не пронеслась весть о его скором отъезде. Франсуаза тогда вбежала в его кабинет, сверкая глазами, и быстро заговорила: - Почему вы не сказали мне, что уезжаете? Граф холодно посмотрел на нее. По его губам скользнула саркастическая улыбка, которую она так ненавидела, и, лениво цедя слова, проговорил: - С каких пор, госпожа графиня, я должен ставить вас в известность о своих планах? Франсуаза задохнулась от возмущения. - Позвольте, сударь... Но граф, словно сочтя разговор законченным, направился к выходу из комнаты. Она схватила его за руку и заставила взглянуть себе в глаза. - Что происходит? Скажите же, Жоффрей, что между нами происходит? - Франсуаза, гордая до безумия, впервые говорила с просительной интонацией, ища в его темных глазах ответ на терзающий ее уже несколько недель вопрос. Он мучительно долго молчал, потом склонился к лицу жены, словно хотел ее поцеловать, и сказал: - Между нами? Между нами решительно ничего не происходит, мадам, - и, убрав ее руку с рукава своего камзола, ушел. Франсуаза долго стояла посреди комнаты, не в силах двинуться с места. В ее голове колоколом отдавались его последние слова: "между нами... ничего... не происходит... ничего...", и ей вдруг отчаянно захотелось убежать из этого роскошного дворца, от этого ставшего вдруг чужим мужчины, далеко-далеко, навсегда. В кабинет заглянула Марго и сдержанно проговорила: - Госпожа графиня, мессир граф велел передать вам, что завтра он уезжает в Париж, и вы будете сопровождать его. Прикажете собирать вещи? - Да, - Франсуаза обернулась к ней. Ее глаза лихорадочно заблестели. - Да, Марго, и немедленно! - она победно улыбнулась. Еще не все потеряно: Жоффрей берет ее с собой, он хочет, чтобы она была рядом с ним! А его внезапно изменившееся отношение к ней - это только плод ее разгоряченной фантазии. И вот теперь, стоя посреди комнаты в новом отеле, построенном, как еще недавно говорил муж, специально для нее, Франсуаза чувствовала, что потерпела сокрушительное поражение... Она непроизвольным жестом поднесла руку к груди, словно заново переживая то отчаяние, тот гнев, что испытала накануне. Мадам Скаррон, с оттенком легкой жалости поглядывая на подругу, поведала Франсуазе, что ее муж в открытую изменяет ей с женой герцога де Мерекура, и об этом судачит весь Париж, смакуя самые невероятные пикантные подробности. Она полночи прождала Жоффрея, чтобы объясниться с ним, но он так и не появился. Только под утро, когда ее сморил сон, муж буквально на несколько минут заехал в отель, чтобы переодеться, и снова отбыл. Теперь у Франсуазы словно открылись глаза: охлаждение, которое началось еще несколько месяцев назад в Тулузе, перешло в откровенное пренебрежение здесь, в Париже. С головой окунувшись в столичную жизнь, молодая графиня и сама первое время едва вспоминала о муже: приемы, балы, салоны, театры. В отсутствие вечно занятого супруга, все эти месяцы она предавалась радостям светской жизни, не замечая, как с каждым днем они все больше отдаляются друг от друга. В последнее время граф не ставил жену в известность о своих отлучках, не сопровождал ее на приемы, не интересовался, как она проводит свободное время. А разве она была против? Разве требовала его компании, искала его общества? Новость об измене мужа, ставшая достоянием парижского высшего света, прогремела, как гром среди ясного неба, выбив у Франсуазы почву из под ног. Таким возмутительным образом Жоффрей демонстрировал супруге свое равнодушие и презрение, ясно давая понять, что между ними все кончено. Может быть, ей стоило остаться в Тулузе? "И похоронить там себя за вышиванием?" - одернула саму себя Франсуаза. Перед ее глазами вдруг встало худое и бледное лицо Дианы де Грансень, изможденной долгими молитвами и пьяными выходками гуляки-мужа. Мать Франсуазы была благочестивой и верующей женщиной, которой приходилось мириться с разгульным образом жизни супруга, не стремящегося скрывать свои похождения. Благодаря слугам, одна из таких историй стала известна широкому кругу знакомых и со временем обрела ошеломительную популярность в модных салонах*. Неужели и ее ждет такая же участь: слышать о выходках неверного мужа и закрывать на них глаза? Ну нет! Она приехала в Париж блистать, и так оно и будет. Ничто не заставит ее уехать, пусть даже у Жоффрея в любовницах перебывают все потаскухи столицы! Но все же гордость молодой женщины была уязвлена. Франсуаза поклялась себе, что не будет, подобно своей матери, терпеть измены супруга. Она заставит Жоффрея уважать себя. И рано или поздно он поймет, как неосмотрительно с его стороны было так пренебрегать собственной женой и ранить ее чувства. Она из Мортемаров, а они не прощают обид и жестоко мстят своим обидчикам! Закончив утренний туалет, Франсуаза позвала Марго: - Вели заложить карету - я хочу навестить сестру, - не терпящим возражения голосом распорядилась она. - И еще, сегодня я не буду ужинать дома. Можешь так и передать господину графу. _____________ *Однажды ночью Габриель де Рошешуар, маркиз де Мортемар вернулся домой очень поздно, а его жена, как обычно ожидавшая его, в очередной раз не смогла удержаться от нравоучений и спросила: - Откуда вы явились? Вы так и будете проводить свою жизнь в компании с чертями? На что господин де Мортемар ответил: - Я не знаю, откуда я пришел, но я знаю, что мои черти в лучшем настроении, чем ваш ангел-хранитель. [/more]

Ответов - 238, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 All

Леди Искренность: Дамы, ну вы и злодейки! Протестую против покушения на золотой орган королевства! Да и вообще, у нас же граф существо в химические реакции с сильнодействующими веществами не вступающее, так что плевал он на Катюшкин эликсир фиалковыми пастилками.

toulouse: Леди Искренность

фиалка: Светлячок пишет: Если Атенаис для того, чтобы мужиков к себе расположить, надо зелье подливать, то тут точно проблема, неужели стручки сами не отреагируют на такую молодую и шикарную женщину? Но ведь подливала же! Значит вяли стручки Леди Искренность пишет: Протестую против покушения на золотой орган королевства! Я за! Ему им ещё работать и работать, иначе «что же останется от ужасного хромого сеньора...»? Леди Искренность пишет: плевал он на Катюшкин эликсир фиалковыми пастилками. ага, с ядом

Светлячок: фиалка пишет: Но ведь подливала же! Значит вяли стручки так не для того, чтобы оживлялся, а чтоб в определенном направлении колосился фиалка пишет: Я за! Ему им ещё работать и работать, иначе «что же останется от ужасного хромого сеньора...»? хромая нога, шрамы, ну а потом рога

toulouse: Светлячок пишет: хромая нога, шрамы, ну а потом рога и побитые женой реторты

фиалка: Светлячок пишет: хромая нога, шрамы, ну а потом рога Звучит почти как: рога и копыта

Violeta: Девчонки, пацсталом

List: Значится так, по совету Japsik, я вспомнила великую французскую историю. В частности о том, что Атенаис до короля еще лет семь и те лесом, потому как Лавальер пока и на горизонте нет! Так что моя любимая девушка вполне может родить, оправиться от родов и попасть в свиту королевы. А я здесь с Фиалкой согласна, важно чтобы у рода наследник был. Пускай Атенаис рожает, Пейрак передает дитю медальон и сыночка найдет папу на Средиземном море лет через 10 или в Америке через 15.

List: фиалка пишет: иначе «что же останется от ужасного хромого сеньора...»? А что - глазики уже все выцарапали? Леди Искренность пишет: плевал он на Катюшкин эликсир фиалковыми пастилками. ЛИ - 100%! Только, вдруг у Катюши яд какой новенький? Не тот, к которому его сиятельство привык? Катюша может, у нее кот волшебный есть! Дамы и в самом деле, руки прочь от золотого органа Королевства! А то как-то за будущее не только Анжелики, но и половины Средиземноморья страшно!

japsik: List пишет: Так что моя любимая девушка вполне может родить, оправиться от родов и попасть в свиту королевы. А я здесь с Фиалкой согласна, важно чтобы у рода наследник был. Пускай Атенаис рожает, Пейрак передает дитю медальон и сыночка найдет папу на Средиземном море лет через 10 или в Америке через 15. А где ей рожать? В Тулузе? А кто ее потом ко двору пустит? При наличии Жоффрея ей двор не светит Без Жоффрея, чисто теоретически, она может родить и отправиться ко двору, но это если он умрет, скажем, от геморроидальных коликов, а не попадет в немилость, его лишат титула, богатства и далее по тексту, см. 1 том. И зачем ей тогда ребенок? Или вы предлагаете автору еще продлить повествование, чтобы Анжелике с графом вовек не свидеться?

List: japsik пишет: А где ей рожать? В Тулузе? А кто ее потом ко двору пустит? Да пусть в Париже рожает, чего от Лувра далеко уезжать? А чтоб ко двору попасть, ей нужен патент фрейлины, который покупался, насколько я помню у компетентных людей, у Гиша, например. Настоящая Атенаис ко Двору и без Монтеспана и без Пейрака попала. Продаст ожерельку и купит, знакомств у нее много и все важные. Жоффрей сидит за дуэль, это благородное дело, не колдовство и не контрабанда, так что никто от нее шарахаться как от чумной не будет, вон Лозен сколько раз сидел ( и не только за дуэль) . Дворяне с дворянами договорятся, выйдет парень, золота отсыпет на взятку и нивопрос))) Выходит - Анж в охапку и в кругосветку, Атенаис за Николая за Монтеспана и ко двору, а дитю медальон и к кормилице.

Bella: «что же останется от ужасного хромого сеньора...»? ни в коем случае не стеб, а именно позитивные мысли: глядя на Ника Вуйчича (на волне великой сходки в Москве) понимаю, что наш Пейрак еще ого-го парень , при всем при том, да еще и с органами золотыми...

фиалка: japsik пишет: А кто ее потом ко двору пустит? А кто не пустит? Даже если предположить что рожать в Тулузу поедет. 100 процЭнтов Жоффа к тому времени в кругосветку схиляет. Ну, не домосед он. И так завис на одном месте на столько лет. Только Анж его и держала ИМХО Да и она, признавала, что не будь процесса, пришлось бы ей вскорости махать платочком. Так что, держать Атенаис будет попросту некому. Да и зачем? Из принципа? Так он дам никогда ни к чему не принуждал. Хочет свободы? Адью. List пишет: Да пусть в Париже рожает, чего от Лувра далеко уезжать? Тоже верно. Что мотаться туда сюда? А если у них начнётся раздельное житьё -бытье, как, в общем-то и было широко распространено, т.с. светский брак, то чего ради копья ломать? Тихо-мирно разошлись, у каждого своя жизнь. Родила, дитё в провинцию к кормилице, сама ко двору. Жофа же не самодур силком ее в Тулузу тащить.

japsik: фиалка List Девушки, все вы верно говорите, но все же у меня пазл не складывается. Во-первых, если Жофа выходит из тюрьмы в ближайшее время, узнает, что у него будет наследник, то едет она в Тулузу, как миленькая, ибо подвергать опасности второй раз он его не намерен, запрет ее в замке в Беарне, как пить дать, чтоб не рыпалась, как в прошлый раз, потом пока воспитание, все дела, не свалит он никуда так быстро. фиалка пишет: И так завис на одном месте на столько лет. Только Анж его и держала ИМХО Ну не сидел он на чемоданах в каноне, пока Анжелика не появилась, не было такого. Он жил полной жизнью, занимался наукой, всеми ее видами Они рассуждали, что, да, он мог рвануть от нее когти, но я думаю, что это больше для бахвальства В случае с Атенаис такое не исключено, соглашусь, надоевшая супруга и не на такое толкнет, но не так быстро. Он - все-таки вассал, на его влиянии все провинция держится, не время уезжать, когда на горизонте король, который хочет всех прибрать к рукам. List пишет: Да пусть в Париже рожает, чего от Лувра далеко уезжать? Я уже описала выше, почему она уедет в Тулузу при одном раскладе, расклад распоряжаться своей жизнью и рожать в Париже возможен, только если наш добрый автор отравит Жофу в тюрьме, и Атенаис станет вдовой. Либо если Жофа останется в тюрьме и не сможет выйти, так как некие высшие силы решат воспользоваться случаем и убрать могущественного вассала, ну вы знаете фиалка пишет: Что мотаться туда сюда? А если у них начнётся раздельное житьё -бытье, как, в общем-то и было широко распространено, т.с. светский брак, то чего ради копья ломать? Тихо-мирно разошлись, у каждого своя жизнь. Родила, дитё в провинцию к кормилице, сама ко двору. Жофа же не самодур силком ее в Тулузу тащить. Как я уже писала выше: на Атенаис Жофа плевал с колокольни, на наследника - нет. Так что я рассуждаю, отталкиваясь от характера нашей героини. Для нее ребенок (если она вообще беременна ) был единственным способом наладить отношения с мужем. Но если ей колдунья-пророчица говорит, что это пройденный этап, надо смотреть в будущее и не оглядываться назад, то зачем ей сохранять ребенка? Это все равно обуза. Девять месяцев ходить, толстеть, потом восстанавливаться.... Для девицы, которая подтравливала короля и убила бы любую соперницу, не моргнув глазом, так точно. В общем, автор, мы все в нетерпении, что вы там готовите

List: фиалка пишет: держать Атенаис будет попросту некому. Да и зачем? Из принципа? Так он дам никогда ни к чему не принуждал. Хочет свободы? Адью Нет. Злой автор сказала, что Жоффа самодур и деспот и после того как моя любимая девушка запроторила его за решетку тока насилие и тока хардкор. Но я думала, может ему самому не захочется на Атенаис время тратить, Анж все-таки такая милая, славная, лучше уж с ней целоваться чем из принципа жену донимать. japsik пишет: Жофа выходит из тюрьмы в ближайшее время, узнает, что у него будет наследник, то едет она в Тулузу, как миленькая, ибо подвергать опасности второй раз он его не намерен, запрет ее в замке в Беарне, как пить дать, чтоб не рыпалась, как в прошлый раз, потом пока воспитание, все дела, не свалит он никуда так быстро. Думаете, он лично будет Флоримона воспитывать? Ну ради такого дела я согласна, пущай тиранит. Только Анж в этом случае куда? В общем,у меня получается, что Атенаис выторгует себе послабление только в случае, романа графа с Анж, ибо он тогда в возможностях будет ограничен - Анж в Тулузу не потащишь, Атенаис в Тулузе сама сидеть не будет, если начать с Атенаис раздельное жилье-былье, то графу лучше на югах, а Атенаис с удовольствием в столице останется. И ежели Жоффа не будет занудой упертой, то шанс договориться есть.Тока он же будет... Но как же быть с наследником? В любом случае даже ежели девушка не беременна? )) Род-то продолжать законно надо, а так куда ни глянь - пейрачонки бегают.



полная версия страницы