Форум » Творчество читателей » Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 7 » Ответить

Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 7

Florimon: Тема для обсуждения фанфика, который называется "Анжелика - игра с судьбой". Сам текст находится в теме Анжелика - игра с судьбой NEW Начало обсуждения в темах: Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 6 Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 5 Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 4 Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 3 Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) 2 Анжелика - игра с судьбой NEW (комментарии) Автор адекватно воспринимает критику, а также будет рад дельным замечаниям и комментариям.

Ответов - 112, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

toulouse: Florimon пишет: Хоть бы покритиковал кто-нибудь, в самом деле... А попробуйте выложить нередактированный кусок текста в порядке эксперимента)

Светлячок: toulouse пишет: А попробуйте выложить нередактированный кусок текста в порядке эксперимента) а там была куча вариантов

фиалка: Ох, какая глава! Как все начинает лихо закручиваться. Шикарно! Florimon пишет: Хоть бы покритиковал кто-нибудь, в самом деле. А вот не получается! Если кого и критиковать так Жоффу. Серьёзно думает, что Анж какая-то решетка удержит? Так она ему не просто пожар, землетрясение устроит. Ладно Анж спала, а слугам что не разжевал кто тут теперь правит балом? Мало того, что Наильку пригрел (уже давно спровадить пора, чего про запас ее держать?), так ещё и официальное приглашение на променад присылает. Вот что порядочная ЖАНА должна подумать? Да тут в пору за сковородку хвататься. P. S. А что у Исмаила гарем такой бедный? Блондинок бедняга не досчитывается. Ладно бы он Анж увидел и башку ему от желания снесло: хочу, хочу и ножкой топ. А ту лишь по описанию к черту на рога сам разыскивать БАБУ поехал? Ладно, уговорили, на дворец глянуть. На чужое добро зарится, паразит, ничего что блондинка то, от «друга» сбежала? А оказать услугу дорогому другу (как истинному восточному мужчине, у которого на первом месте друг и лошадь), вернуть беглую, неее? Хреновый политик...

Florimon: Светлячок пишет: но ведь правда же, причем, ветвистые должны быть, как у лося, вот он их под тюрбаном и прятал)) Чтобы рога не носить надо жену свою как минимум уведомить о том, что жив и почти здоров.

Florimon: toulouse пишет: А попробуйте выложить нередактированный кусок текста в порядке эксперимента) Из того что в работе или из отбракованных отрывков? фиалка, благодарю фиалка пишет: Серьёзно думает, что Анж какая-то решетка удержит? Ничему жизнь его не учит, бедняга...

фиалка: Florimon пишет: Ничему жизнь его не учит, бедняга... Да, ему б проконсультировался с другими товарисчами... Вон Филька в монастыре запирал, сбежала; Исмаил в гареме, но и пустыня вокруг не помогла, а Луи даже целый полк драгун к Плесси приставил и что?

toulouse: Florimon пишет: Из того что в работе или из отбракованных отрывков? Если хочется критики - просто новое в авторской редакции.

Florimon: Глава 24 – Хийям, вечно тебя приходится ждать! – раздраженно произнесла Наиля, когда Анжелика, выйдя за ворота виллы, догнала одалиску. – Надеюсь, ты не забыла розовую воду? Анжелика молча достала из корзинки небольшой стеклянный флакон и протянула Наиле, но та прямо на ходу бросив быстрый взгляд через плечо, махнула рукой. – Хорошо! Она мне понадобится позже. Рескатор-эффенди не должен видеть меня изнывающей от ужасной жары. Анжелика положила флакон обратно в корзинку и, немного замедлив шаг, пошла поодаль, чтобы не слышать слов Наили и не поддаваться искушению осадить наглую девчонку. Она принялась рассматривать аллею, по которой они шли, но ее мысли все равно упорно возвращались к мужу и одалиске, идущей впереди нее. Тогда, обругав себя и пообещав сдерживаться при любых обстоятельствах, она снова нагнала Наилю и чернокожего евнуха, ведущих увлеченную беседу, и пристроилась за их спинами на расстоянии нескольких шагов. – Наиля, девочка моя, не думай, что ты сможешь легко победить саидати Фирюзе, – медленно произнес евнух. – Она сильная соперница и, боюсь, тебе не по зубам. Наиля презрительно хмыкнула. – Я уже ее победила! – сказала она. – То что Рескатор-эффенди позвал тебя в свой дом, конечно замечательно, но для полного успеха ничтожно мало. – О, Атбир, поверь, я знаю что делать, – сказала Наиля. – Сегодня ночью я сумею его ублажить так, что он забудет ее и всех остальных одалисок тоже! Евнух усмехнулся, но промолчал. Глянув на него украдкой, Анжелика отметила, что он был уже в почтенном возрасте. Мужчина обладал всеми присущими евнухам чертами: гладкая без растительности кожа, дряблые мышцы, узкие плечи и скрытые под шальварами широкие, как у женщин, бедра, большие ладони и стопы. У него был высокий неприятный голос, но спокойный глубокий взгляд черных глаз, выдавал в нем человека, умудренного прожитыми годами. – Что смешного я сказала? – спросила Наиля. – Как ты думаешь, сколько раз за свою жизнь я слышал подобные фразы? – Не знаю и знать не хочу, – огрызнулась одалиска. – А зря, – со вздохом сказал Атбир. – Я бы мог рассказать тебе множество историй о юных самонадеянных девушках, которые считали, что смогут очаровать мужчину на всю жизнь, но потом проливали реки слез. – Твои истории мне не интересны! К тому же я уже пролила немало слез, но наградой за все страдания стало ее выражение лица, когда она увидела меня во дворе виллы! О, как же округлились ее зеленые глаза от осознания того, что ее чары и уловки не подействовали на Рескатора и она проиграла молодой сопернице! Ради этого стоило столько ждать! – Ты совершаешь ошибку, если сомневаешься в силе ее чар! – возразил евнух. – У саидати Фирюзе есть все необходимые качества для того, чтобы прочно и надолго привязать к себе мужчину, поверь старому евнуху. – Почему же тогда Рескатор не пригласил ее на прогулку? – Не знаю, но причина должна быть. – Причина в том, что он хочет меня, а не ее! – торжествующим тоном сказала Наиля и надменно отвернулась, всем своим видом показывая, что больше не желает говорить на эту тему. Евнух, явно хотел что-то возразить, но затем решил сдержаться. Дальнейшую часть пути они прошли молча. Наиля бодро шагала впереди и когда она, миновав главное здание, отправилась дальше к южной части дворца, Анжелика поняла, что они идут к оливковым рощам. Еще издали она заметила мелькавшие между деревьями пестрые наряды одалисок из гарема Исмаила, которым выпала небывалая удача второй день подряд участвовать в увеселительных мероприятиях, а также множество светлых тюрбанов на головах мужчин. Обе женщины прошли по тропинке, с двух сторон от которой росли душистые тамариски, и присоединились к группе одалисок, находившихся в саду под неусыпным вниманием не менее дюжины евнухов. Наиля подошла к одной из девушек и, поздоровавшись, стала о чем-то с ней разговаривать, а Анжелика поспешила затеряться в толпе наложниц и из-за их спин принялась осматривать всех собравшихся. Прежде всего, она сразу увидела увлеченно беседующего с несколькими садовниками Исмаила ас-Самина, чей ярко алый кафтан и такого же цвета тюрбан резко выделялись на фоне темно-зеленых садов и лазурного неба. Рядом с ним находился евнух Осман Фераджи в своем неизменном длиннополом плаще, но вот мужа Анжелика не могла отыскать. Она судорожно осматривала всех собравшихся мужчин и постепенно ею начинала овладевать легкая паника. Ведь она четко слышала от Фарида, что де Пейрак сопровождает принца на прогулке, да и сама Наиля пришла сюда по его приглашению! Не могли же они, в самом деле, обмануть ее? Но в этот момент внимание Анжелики привлек высокий мужчина в белоснежном кафтане и тюрбане, стоявший к ней спиной рядом с Османом и Исмаилом. Какая-то неведомая сила приковала ее взгляд к его фигуре, как вдруг мужчина повернулся и ее взору предстало смуглое лицо Жоффрея со шрамами через левую щеку. Анжелика вздрогнула и почувствовала, как что-то затрепетало в груди, но осознание, что де Пейрак в марокканской одежде ничем не отличим от арабов, вновь, как и вчера вечером, повергло ее в легкое оцепенение и оставило в душе неприятный осадок. Выйти из ступора ей помогло то, что одна из одалисок случайно толкнула ее. Анжелика стала прислушиваться к разговору. В Айе-Рабии подходила пора сбора урожая оливок и старый бербер, который был смотрителем оливковых рощ, а также главным маслобоем, подробно объяснял принцу как определить, когда нужно снимать плоды с деревьев, ведь необходимо очень точно угадать момент, когда оливы уже хорошо налились соком, чтобы из них получилось достаточное количество оливкового масла, но еще не начали перезревать, чтобы масло не вышло горьким. Исмаил живо интересовался мельчайшими подробностями каждого этапа изготовления масла. Когда он получил исчерпывающую информацию от садовника, процессия двинулась дальше и принц, переключив свое внимание на Жоффрея де Пейрака, принялся расспрашивать, какой доход приносит маслобойня, какие средства требуются для ее организации, и вскоре высказал желание высадить такие же сады вокруг Феса. При этом он сразу же раздал указания визирям, следовавшим за ним на почтительном расстоянии, подсчитать, какие затраты ему придется понести за такое грандиозное мероприятие, есть ли в казне на это деньги, сколько маслобоен он может построить без сильного вреда финансам и т.п. Казалось, что его вопросам не будет конца. Принц, медленно прохаживаясь по аллеям и тропинкам сада, внимательно осматривал все вокруг, и как только что-то интересное попадало в поле его зрения, сразу же останавливался и принимался подробно расспрашивать об увиденном. На большинство вопросов, как управляющему дворцом, приходилось отвечать Жоффрею де Пейраку. Анжелика, не без удивления, отметила, что муж подробно и без малейшей тени раздражения рассказывал принцу о тонкостях ухода за таким большим садом, а когда речь зашла о системе водоносных каналов, Пейрак, увидев, что Исмаил не понимает многих законов физики, предложил для наглядности ознакомить его с чертежами проекта. Подобное поведение мужа сначала вызвало у Анжелики недоумение, ведь она прекрасно помнила, как неохотно прежде он допускал до своих научных опытов невежд, но затем оно сменилось восхищением. Похоже, что жизнь научила графа снисходительности, но, что особенно приводило в восторг Анжелику, при этом Жоффрей не выглядел менее величественно. Шагая рядом с тем, кому звезды пророчили стать будущим султаном Марокко, Пейрак выглядел словно наставник, обучающий нерадивого школяра уму-разуму. Но было и то, что сильной болью отдавалось в душе Анжелики. Она заметила, как слуга украдкой подносил Жоффрею небольшую флягу, и он, в перерывах между речами, отпивал из нее несколько глотков. В эти моменты, она словно на себе ощущала, с каким трудом надорванное горло мужа переносило длинные разглагольствования, так любимые арабами, и от этого ей щемило сердце. *** Прогулка продолжалась. В отличие от регулярных садов Версаля, риады Айе-Рабии не были выдержаны в симметрии и не подчинялись строгой композиции. Здесь тропинки, дорожки и аллеи петляли между рощами апельсиновых и лимонных деревьев, останавливаясь на небольших площадках с фонтанами или беседками, вокруг которых росли барбарисовые и жасминовые кусты, а затем вновь убегали, теряясь за бесчисленными поворотами. Здешний сад был больше похож на экзотический лес, в котором умелые руки садовников поддерживали жизнь растений, растущих среди камней и песка. Выйдя из оливковых рощ, довольно многочисленная процессия оказалась в розарии, в котором каким-то чудом цвели розы в конце сентября, затем проследовала мимо большого бассейна, наполненного чистейшей прозрачной водой и, наконец, отправилась в сторону конюшен. Исмаил, который как и все арабы впитывал любовь к лошадям буквально с молоком матери, с особой радостью поспешил в загон, специально построенный для того, чтобы демонстрировать потенциальным покупателям племенных животных Айе-Рабии в лучшем виде. Просторная площадка, засыпанная гравием, была огорожена невысоким деревянным парапетом и оборудована двумя навесами. Под одним из них на мягких подушках разместились Исмаил ас-Самин, Осман Фераджи, Жоффрей де Пейрак и несколько визирей, а под вторым - принцесса Амира и обе жены принца. Всем остальным, включая Анжелику, находящуюся в толпе наложниц, пришлось рассредоточиться по периметру загона. Лошадей привели почти сразу. Анжелика отметила, что все без исключения животные были молоды, а некоторые даже необъезженны. Они нетерпеливо гарцевали, били копытами, так и норовили оборвать уздечки и вырваться из рук бдительных конюхов. От такого зрелища Исмаил пришел в неописуемый восторг и, подскочив со своей подушки, бросился к животным. Как истинный знаток арабских скакунов он осматривал их зубы и копыта, ощупывал ноги, затем легко вскакивал в седло и тут же с ходу пускал лошадь в галоп. Совершив несколько кругов по загону, он возвращался к конюхам и долго с ними беседовал прежде чем перейти к смотру следующей лошади. Это поистине увлекательное зрелище немного отвлекло Анжелику от ее мыслей, а также истинной причины появления на прогулке, так что когда она снова обратила свой взгляд к мужу, то удивилась, увидев, что рядом с ним находится Фарид и, склонившись, что-то говорит ему на ухо. Впрочем о содержании его слов не сложно было догадаться – очевидно на вилле обнаружилась ее пропажа и евнух поспешил доложить об этом Рескатору-эффенди. Жоффрей внешне никак не отреагировал на новость. Он спокойно поднялся с подушек и вместе с Фаридом вышел из-под навеса. Анжелика не смогла разглядеть, куда именно направился муж, но поняла, что это был именно тот самый момент, которого она ждала. Жоффрей не мог далеко уйти, так что если она поторопится, то сможет догнать его и, наконец, выскажет все, что накипело у нее на душе. Она припомнит ему и десятилетнее отсутствие, и его бесконечных одалисок, и особенно его гнусный поступок, которым он обрек ее на затворничество под одной крышей с любовницей! Анжелика принялась выбираться из толпы наложниц, но едва ей это удалось, как она чуть ли не нос к носу столкнулась с Фаридом. Опешив от неожиданности, она не успела увернуться, и евнух, схватив ее за руку, без единого слова, повел за собой. – Фарид, отпусти меня, пожалуйста, – взмолилась Анжелика. – Ты делаешь мне больно! Но евнух, казалось, не услышал ее слов. Он молча вел ее куда-то между загонами для лошадей и, лишь спустя некоторое время, Анжелика поняла, что они направляются к зданию конюшни. Когда они обошли его, Анжелика увидела человека, стоящего в тени нескольких пальм, растущих прямо у задней стены постройки. Его белоснежный кафтан нельзя было перепутать ни с каким другим. Это был ее муж – Жоффрей де Пейрак. Фарид, наконец, отпустил ее и Анжелика, гордо вскинув голову, приготовилась отразить гнев мужа, но Жоффрей был абсолютно невозмутим, а тон его голоса, когда он заговорил, не казался угрожающим, скорее наоборот. – Похоже, что для вас не существует такого понятия как закрытая дверь?! – иронично спросил он, подойдя к Анжелике и жестом отослав евнуха. – Если вы собрались превратить меня в затворницу в вашем гареме, – гневно произнесла она, – то у вас ничего не получится, монсеньор! Даже королю не удалось удержать меня в Париже… – Я ни о чем таком и не помышлял, – возразил де Пейрак. Он понизил голос и с улыбкой добавил: – Как хорошо, что с моей виллы не проделан подземный ход, иначе я бы рисковал не отыскать вас вовсе. Анжелика вздрогнула. Ну, конечно, он догадался, как именно она выбралась из Парижа, когда на всех воротах ее поджидали королевские полицейские с приказом не выпускать маркизу дю Плесси-Бельер из города. Это была их общая тайна, то что соединяло их сквозь года. Жоффрей приблизился к ней вплотную, легким и быстрым движением сдернул вуаль с лица и, положив руки на талию, осторожно, но настойчиво, привлек к себе. – Как вы узнали о часовне в Венсенском лесу? – спросил он. – Вам рассказал старый Паскалу? – Да, – подтвердила Анжелика, почему-то не посмев сказать, что на самом деле это был Флоримон. Она еще боялась заводить разговор об их детях, ведь он неминуемо затронул бы тему гибели Кантора. – Бедняга клялся, что видел ваше привидение, – негромко добавила она. Жоффрей глухо засмеялся, а Анжелика невольно вспомнила, в каком отчаянии находилась в то время, но постаралась овладеть своими чувствами. Под ладонями, которые лежали на груди мужа, она ощущала живую твердую плоть и с особой остротой и радостью осознавала, что он больше не призрак и не тень из прошлого. Она, тотчас забыв обо всех упреках и невысказанных обидах, с такой же жадностью как вчера на приеме, рассматривала его лицо и находила, что десять долгих лет, проведенных в разлуке, совсем не отразились на нем. Он ни чуточки не постарел. В полумраке той ночи, которая, словно оторвав их от всего остального мира, ввергла в водоворот небывалых чувств, она не могла так подробно рассмотреть черты его лица, отчего все произошедшее еще немного отдавало ощущением сна, но теперь ослепительные лучи средиземноморского солнца, осветив его лицо фавна, окончательно вырвали Жоффрея де Пейрака из мира теней. И когда он склонился к ее губам для поцелуя, Анжелика пылко ответила на него. – Жоффрей, вы сошли с ума! – прошептала она минуту спустя, нехотя пытаясь отстраниться. – Определенно! И этим недугом я обязан исключительно вам! – Нас могут увидеть! – Полагаю, вы должны были подумать об этом когда покидали виллу. Кстати, как вам это удалось? – О, это было совсем не трудно! – с улыбкой произнесла Анжелика. Жоффрей снова рассмеялся. – Да, я признаться забыл с кем имею дело, – иронично заметил он. – Но скажите на милость, почему вам так необходимо было прийти сюда, вопреки моим распоряжениям? – Я хотела с вами поговорить! – Это не могло подождать полдня? – Нет! – Моя дорогая, вы не находите, что здесь не самое подходящее место для разговоров?! – Но разве вас можно застать где-либо еще? – возмутилась Анжелика. – Вы уезжаете, не сказав ни слова, потом приезжаете с этим вашим принцем… Анжелика запнулась. Она вдруг почувствовала себя неловко из-за тех упреков, которые сорвались с ее губ и, особенно, тех, которые она еще собиралась произнести. Несмотря на то, что они встретились много недель назад, они не провели вместе и дня, как муж и жена и вопрос о том, хочет ли сам Жоффрей видеть ее рядом с собой в качестве жены, все время не давал ей покоя. Он был создан для жизни одинокой и свободной, и Анжелика, как ни горько это признавать, понимала, что всегда занимала в его жизни слишком мало места. Тяжело вздохнув, она опустила голову. – Анжелика, моя строптивая маленькая аббатиса, – мягко улыбнувшись произнес Жоффрей и приподняв ее лицо за подбородок, заглянул в глаза. – Как бы мне ни не хотелось вас отпускать сейчас, но есть обстоятельства, которые сильнее нас. Фарид проводит вас обратно на виллу и позже мы поговорим. Я вам обещаю! – Хорошо, – обреченно произнесла она и с грустью посмотрела на мужа. *** Для того чтобы вернуться на виллу, Анжелике и Фариду пришлось снова пройти мимо нескольких загонов для лошадей, а также миновать смотровую площадку, где Исмаил продолжал с восторгом рассматривать прекрасных животных. И именно в тот момент, когда Анжелика шла мимо ее ограждения, произошло то, что и должно было произойти, когда на таком малом пространстве собралось множество людей в ярких нарядах и необъеженные норовистые лошади, которых толпа, а также солнечные зайчики, отражающиеся от ярких тканей и украшений наложниц, пугали еще больше: один из молодых арабских жеребцов, оборвав повод, вырвался из рук конюхов и принялся скакать по площадке, угрожая растоптать своими копытами всех, кто попадется на его пути. Часть мужчин бросились от него врассыпную, а конюхи, наоборот, сбежались к лошади, пытаясь схватить ее за подпругу или другую часть сбруи. Им даже почти удалось это сделать, но тут черный, словно уголь, конь выписал в воздухе небывалый пируэт и, резко изменив траекторию движения, ринулся в толпу женщин. С оглушающим визгом наложницы бросились убегать, но некоторые оказались не столь ловкими и тут же попали под копыта разбушевавшегося животного. Какая-то женщина налетела на Анжелику и сбила с ног. Упав, Анжелика наглоталась песка, но в следующий миг услышала над головой пронзительное ржание. Обернувшись, она с ужасом увидела, что прямо над ней на фоне светлого неба чернел силуэт коня, стоявшего на задних ногах и бьющего передними копытами воздух. Великолепный в своей грации, конь выглядел еще более устрашающим, ведь в следующее мгновение он мог опустить тяжелые и неумолимые копыта, прямо на нее. Анжелика понимала, что нужно как можно быстрее отползти и подняться на ноги, но девушка, упавшая на нее, продолжала лежать поперек Анжелики и, обхватив руками голову, оглушительно вопить. Ситуация требовала молниеносных решений и действий. Паниковать не было времени. Она что было силы толкнула девушку и едва резко откатилась на некоторое расстояние, как черные копыта с силой ударили землю именно в том месте, где еще мгновение назад была ее правая нога. Испуганный конь снова взвился на дыбы и тут молодая женщина увидела рядом с собой оборванный повод, стелющийся по земле. Анжелика была прекрасной наездницей и всегда умела обращаться с лошадьми, даже самыми строптивыми, поэтому не думая ни секунды, она ухватилась за кожаный ремешок и, быстро подобрав юбки, вскочила на ноги. Она встала сбоку от лошади и изо всех сил потянула животное вниз. Тут же к ней на помощь пришел Фарид, который схватил повод выше ее рук, с другой стороны еще один евнух сумел вцепиться в длинную гриву и все втроем они принялись усмирять несчастное животное. На какое-то короткое мгновение им удалось немного приструнить коня и тут же к ним подбежал один из конюхов, и прямо на ходу запрыгнув в седло, сильно сдавил ногами бока лошади. Почувствовав на себе уверенного и сильного всадника, животное стало постепенно успокаиваться. Жеребец, наконец, перестал предпринимать попытки снова встать на дыбы, но все еще непокорно дергал головой и нервно переступал на одном месте, высоко поднимая передние ноги. Поняв, что опасность миновала, Анжелика отошла в сторону и принялась отряхивать платье от песка, как вдруг заметила, что прямо к ней бегут Жоффрей де Пейрак и принц Исмаил. Приблизившись, муж окинул ее тревожным взглядом, убеждаясь, что она не пострадала, потом, на миг забыв о посторонних, привлек к себе, крепко сжав руками ее плечи. Вспомнив где они находятся, граф отпустил Анжелику, вернув себе привычный невозмутимый вид, но в голосе все ещё звучало охватившее его беспокойство: – Вы не пострадали? – спросил Жоффрей – Нет… нет, со мной все в порядке, – произнесла Анжелика. Ответ прозвучал твердо, но пережитая опасность и напряжение только сейчас дали выход и по ее телу пробежала нервная дрожь. – Господи... – с облегчением выдохнул Жоффрей и прикоснувшись к щеке Анжелики, прикрыл глаза, словно вознося благодарственную молитву небесам. Больше всего в этот момент Анжелика хотела прижаться к мужу и, закрыв глаза, забыть обо всем, но чей-то настойчивый взгляд заставил ее поежиться, словно от холода. Обернувшись она увидела как Исмаил ас-Самин, а вслед за ним и другие, с огромным удивлением смотрят на них. В то же мгновение она ощутила, как Жоффрей де Пейрак, взял ее руку и легко сжал пальцы, словно стараясь приободрить. – Не бойтесь! – прошептал он. Анжелика бросила на мужа растерянный взгляд, и он ответил ей заговорщической улыбкой, но не успела она спросить, что происходит, как Жоффрей подвел ее к принцу Исмаилу, и произнес: – Сид Исмаил! Разреши представить тебе мою супругу – саидати Фирюзе. Исмаил замер, остановив взор на молодой женщине, и на мгновение взгляд Анжелики встретился со взглядом принца. Она тотчас опустила веки и, склонив голову, опустилась в глубоком реверансе. Исмаил похоже не понял, что означал жест Анжелики, потому что она услышала пояснение мужа: – Таким образом во Франции придворные дамы приветствуют короля. Жоффрей снова украдкой сжал ее руку, которую до сих пор держал в своей ладони, и тогда Анжелика поняла, что ее тонкие пальцы дрожат словно птица, пойманная в клетку. Необъяснимое чувство страха овладело ею, и она с трудом смогла подняться. Ноги не слушались ее. Она была на грани обморока, и если бы сильная рука Жоффрея не поддерживала ее, она скорее всего лишилась чувств. Исмаил, казалось, с удивлением рассматривал лицо прекрасной женщины, с правильными гармоничными чертами, не скрытыми под слетевшей вуалью, с несколькими золотистыми локонами, выбившимися из-под платка, и когда Анжелика, подчиняясь неведомым инстинктам, вскинула на него взгляд, воскликнул: – О, Аллах! Да ведь это та самая француженка с зелеными глазами! Анжелика поспешила снова опустить веки, но тех нескольких мгновений, что она смотрела в лицо этого африканского идола, хватило, чтобы увидеть, как затрепетали его тонкие ноздри, а в глазах полыхнул огонь вожделения. – И она твоя жена? – ошеломленно переспросил Исмаил. – Совершенно верно! – спокойно, но твердо подтвердил де Пейрак. Принцу потребовалось некоторое время, чтобы полностью осознать услышанное. Все это время он не сводил жгучего взгляда с Анжелики, от которого не спасала даже просторная джеллаба, спадающая с плеч молодой женщины. Анжелика буквально кожей ощущала, как взгляд принца оценивающе скользил по ее фигуре, проникая под складки материи и безошибочно угадывая, какие тайны они скрывают. – Ах, Джафар, несомненно Аллах благоволит тебе, – наконец, сказал принц. – Ты не только обладаешь даром превращать все вокруг в золото, но еще имеешь такую красавицу в женах! – Аллах не всегда был добр ко мне, – ответил Жоффрей. – К моему большому сожалению, я долгое время был разлучен со своей семьей. – Ин ша’а Ллах – значит так было написано в Книге Судеб, – нарицательно произнес Исмаил. – Аллах карает нас за ошибки, но вдвойне воздает за благие деяния! Так возрадуйся, мой друг, что ныне ты одарен самым прекрасным цветком, какие только есть в райском саду! – Благодарю тебя за мудрый совет, сид Исмаил, – произнес де Пейрак. Исмаил сделал едва уловимый жест рукой и двое стражников из его личной охраны подбежали к ним, волоча под руки конюха, который не удержал лошадь, и толкнули его к ногам принца. – Это ты, собака, не справился с конем? – прорычал Исмаил и его глаза тут же налились невыразимой яростью. – Сид Исмаил, смилуйся, – конюх возвел руки к небу. – Лошадь испугалась толпы. Это молодой скакун, еще не объезженный. – Из-за тебя мой лучший друг чуть не лишился жены! – взревел Исмаил и прежде чем все успели сообразить, что он собирается сделать, выхватил саблю из ножен и отрубил конюху голову. Капли крови брызнули на белоснежный кафтан Жоффрея де Пейрака, а отрубленная голова, упав на землю, покатилась прямо к ногам Анжелики. Молодая женщина уже готова была закричать, но Жоффрей так сильно сжал ее руку, что крик застыл в ее горле. Она поднесла другую руку к глазам и прикрыв их, отвернулась к плечу мужа. Вытерев окровавленную саблю о рукав своего кафтана, принц Исмаил поднял глаза к небу и совершенно спокойным тоном произнес: – Пришло время полуденной молитвы.

МА: Florimon Как приятно почитать про какие-то моменты и воспоминания прошлого у графа и Анжелики. Признаться, у Голон иногда не хватает чего-то такого. Иллюстрации того, что 5 лет в Тулузе их объединяли не только чувственным угаром, но и как личностей - воспоминаниями, какими-то мыслями. Спасибо!

фиалка: Florimon Читала аж затаив дыхание. Хотелось проглотить все и сразу. Очень здорово! Но какой напряг из-за Исмаила, что-то будет дальше... До дрожи жду разговора Анж и Жоффы

Florimon: МА фиалка благодарю МА пишет: какие-то моменты и воспоминания прошлого у графа и Анжелики. Признаться, у Голон иногда не хватает чего-то такого. Да, мне и самой мало этого в книге. Так что наверстываю, как могу.

japsik: Florimon Ой, как шикарно получилось! Я прям вижу силуэт этого коня перед своими глазами, а отрубленная голова - просто супер! Не хотела дома сидеть, вот и расхлебывай теперь, дорогуша! И это, боюсь, только начало! МА пишет: Florimon Как приятно почитать про какие-то моменты и воспоминания прошлого у графа и Анжелики. Признаться, у Голон иногда не хватает чего-то такого. Иллюстрации того, что 5 лет в Тулузе их объединяли не только чувственным угаром, но и как личностей - воспоминаниями, какими-то мыслями. Спасибо Точно! Мне тоже очень понравилась вставка про подземный переход! А Жофа - такой душка, ох, как тяжко будет ждать продолжение после такой главы!

Violeta: Супер, аж дыхание захватило! Очень красиво и чувственно все выписано, нравятся отсылки к их общим воспоминаниям, восточный колорит, нежность Жоффрея, бессташие Анж... Единственное, я б добавила в их диалог в конюшне намек на то, что ей небезопасно здесь находиться, что он намеренно не позвал ее, чтобы уберечь. А в мыслях Анж передать ее сомнения насчет Наили и неправильного понимания ею ситуации. А то она только что злилась на него из-за наложницы, шла, чтобы поговорить о ней, и даже не спросила Жофу, что за..., дорогой Еще раз спасибо за главу, прелесть!

Florimon: japsik japsik пишет: Я прям вижу силуэт этого коня перед своими глазами, japsik, спасибо вам за идею Violeta благодарю Violeta пишет: Единственное, я б добавила в их диалог в конюшне намек на то, что ей небезопасно здесь находиться, что он намеренно не позвал ее, чтобы уберечь. А в мыслях Анж передать ее сомнения насчет Наили и неправильного понимания ею ситуации. А то она только что злилась на него из-за наложницы, шла, чтобы поговорить о ней, и даже не спросила Жофу, что за..., дорогой Да, можно было бы развить эту тему, но мне не хотелось увеличивать их разговор. Хотелось оставить легкую недосказанность. Но если дамам идея понравится, я могу добавить пару реплик.

Bella: Florimon, шикарно! с большим удовольствием прочитала. Вопрос: как Фарид вычислил, под каким именно покрывалом Анж? я правильно поняла, что ему сообщили о пропаже, он окинул взглядом сидящие покрывала и узнал ее? доложил Пейраку, тот пошел за угол, а Фарид привести Анж? Или уже допросили служанку, а та выдала приметы? Евнух не предполагал, что случилось "страшное"- люди султана похитили? т.е. служанка должна была бы засесть в засаду, чтоб не попасть под разнос, а когда обнаружили пропажу Анжелики, какие могли бы быть версии? Навряд ли сразу взяли бы в разработку вариант подметы... наконец, выскажет все, что накипело у нее на душе. Она припомнит ему и десятилетнее отсутствие, и его бесконечных одалисок, и особенно его гнусный поступок, которым он обрек ее на затворничество под одной крышей с любовницей! так где накип то сняли? Анжелике пофигу что не то место, не тот момент ... как-то она могла бы поактивнее наехать, ну а Пейрак бы осадил супругу, перенеся переговоры на вечер. И зря она САМА про короля вставила, она, вроде, эту тему лишний раз не поднимала... как всегда Анж на высоте: коня на скаку тормознула , ну почти... осталось избу дворец поджечь! ведь необходимо очень точно угадать момент, когда оливы уже хорошо налились соком, чтобы из них получилось достаточное количество оливкового масла, но еще не начали перезревать, чтобы масло не вышло горьким не привыкшему ко вкусу масла человеку натуральное масло будет горчить. Еще важно, очень важно подгодать ситуацию с дождями: после недели сплошных дождей нельзя собирать оливки- будет водянистое, но и после двух недель без дождя плохо. А еще чтобы не было утренней росы (или остатков вчерашнего дождя).



полная версия страницы